Сильная женщина — Эйми Маллинз

Aimee Mullins1

Э́йми Ма́ллинз (англ. Aimee Mullins; родилась в 1976 г, Аллентаун, Пенсильвания, США) — американская актриса, модель и спортсменка, участница Паралимпийских игр 1996 года в Атланте. Из-за врождённой гемимелии (отсутствия малоберцовых костей) в годовалом возрасте подверглась ампутации обеих ног ниже колен. Окончила среднюю школу Аллентаун-Парк, затем Джорджтаунский университет в Вашингтоне. Во время учёбы в университете состязалась на равных со здоровыми спортсменами из Национальной ассоциации студенческого спорта. Завоевала призовое место в программе производственной практикиForeign Affairs, организованной Пентагоном. Выступает в качестве оратора-мотиватора на встречах и симпозиумах организаций людей с врождёнными и приобретёнными физическими недостатками.

1996 г. Становится олимпийцем, участвует в Атланте в Паралимпийских играх. Устанавливает Мировой рекорд по прыжкам в длину, мировой рекорд на стометровку и бег на 200 метров. Эйми становится первой за всю историю Америки, кто вровень соревнуется с трудоспособными представителями Государственной Коллегии Ассоциации Атлетов. В этом же году становится членом Georgetown University Women’s Track (женская команда Джорджтаунского Института).

1997 г. Номинант Президентского совета Физпригодности южноамериканского сенатора Макса Клеланда. Финалистка «ARETE» (приблизительно как «достижение самого высочайшего людского потенциала») на канале ESPN. Попадает в топ-лист «Top 40 Under 40» по результатам «Irish America Magazine». Становится «Легкоатлетом года», как дама с ограниченными способностями. Получает звание «Woman of Distinction» Государственной женской ассоциации образования.

1998 г. Становится соучредителем «H.O.P.E» – некоммерческой организации, дающей возможность людям с физическими ограничениями участвовать в спортивных состязаниях. Сотрудничает с Детским Музеем в Сан-Диего, продвигая идеологию нетрадиционного мышления. Приглашена как спикер на International Design Conference в город Аспен. На конференциях «TED» и «TEDMED» выступает вровень со спикерами Биллом Брадлей и Оливером Стоуном. Получает от Государственного реабилитационного фонда специальную награду. В этом же 1998 году становится финалисткой на церемонии вручения наград престижной спортивной премии ESPY Awards.

1999 г. Попала в топ-лист журнала «People Magazine» как «The 50 Most Beautiful People in the World» («50 самых прекрасных людей мира»). Приглашается спикером в Сидней International Design Conference. Попадает в 10-ку топа самых бесстрашных дам «The Year’s 10 Gutsiest Women». Пробует себя в качестве модели у английского стилиста Александра МакКвина на его английском шоу, дефилирует по подиуму на деревянных протезах, сделанных специально для нее.

2000 г. Становится доктором философии института Джона Фишера. Находится в топе «Greatest American Women of the 20th Century» («Великие американки 20-го столетия») и «Top 100 Irish-Americans» («Топ 100 наилучших ирландских американцев») по версии 1998 и 1999 г. «Irish-America Magazin».

В 2002 г. кроме спорта и фэшн-индустрии Эйми открывает дорогу в мир кинематографа. Получает роль в сплаве искусства и кино Мэтью Барни «Кремастер-3».

В 2003 г. снимается в картине «5 маленьких свиней», 2006 г. «Марвелиус» и роль репортера в «World Trade Center», 2008 г. проект «Quid Pro Quo».

Aimee Mullins8

У Эйми очень сильный Взрослый. Она нашла плюсы в ситуации, в которой другие люди видели только минусы. Из человека с ограниченными возможностями она превратилась в человека с большими возможностями. Она нашла сильные стороны своих недостатков, более того, свои недостатки обратила в превосходство – это и выбор своего роста по желанию, и создание экстравагантных протезов. То, что сделала она – это нахождение лучшей возможности из существующих в конкретной ситуации. Атрибуты увечья Эйми превратила в арт-объекты – поле для творчества. Нестандартное мышление, выход за пределы установленных границ – вот проявления эго-состояния Взрослый. Все рамки, ограничения и стандарты существуют только в головах, и креативно мыслящие люди каждый раз доказывают это миру.

kaleka2

В обществе живут предрассудки, что инвалиды несчастные, неполноценные и достойные жалости люди. Таких несчастных и убогих мы можем наблюдать в метро, на вокзалах, на автодорогах, просящих милостыню. Люди привыкли обвинять в своих неудачах всех и все. Они говорят: «я бы добился своей цели, если бы у меня было: отличное здоровье, хорошие родители, родился в другой стране, хорошая карма, если бы благоприятно сложились обстоятельства (были бы девушки, владеющие древнеегипетским языком) и т.д.». Но Эйми Маллинз совсем не такая. Эйми не ищет оправдания, она добивается своего, исходя из реального положения вещей. Она не вызывает жалости. Она вызывает скорее зависть своими достижениями. Достаточно людей, имеющих здоровое тело, которые ничего не добились в жизни. Эйми, благодаря своему Взрослому, смогла взглянуть на вопрос об инвалидности по-новому, разрушить предрассудки и стереотипы. Язык не поворачивается назвать ее инвалидом. Она успешная, знаменитая молодая женщина. Она не жалеет себя, не пеняет на судьбу. Вместо этого Эйми направила свою энергию на достижение поставленных целей. Эта девушка не играет в игру «Калека» (когда человек живет с девизом «что вы хотите от человека с … недостатками»). Она не считает себя жертвой судьбы. Она увидела новые пути для самореализации человека с врожденными физическими дефектами тела, но не духа.

Aimee Mullins7

У нее нет внутреннего Негативного Родителя, который говорил бы: «Ты несчастная девушка, калека, куда тебе заниматься спортом, твоя судьба – всю жизнь сидеть в инвалидной коляске, даже не пытайся попасть в мир здоровых людей, ты не сможешь, тебе надо беречь себя». Хотя похожее настроение я встречаю сплошь и рядом, даже при незначительных проблемах со здоровьем. Сколько раз слышал – «мне уже за 40, организм стареет, любой спорт мне вреден» или «после 50 нельзя поднимать больше 20 (10, 5) кг». Бывает, что здоровые люди превращают себя в «инвалидов», искусственно ограничивая свою жизнь запретами и рамками. Предрассудки сильны в обществе, но находятся люди такие, как Эйми, которые разрушают их.

Aimee Mullins3

Помню как мне поставили диагноз – нефроптоз. Врачи запретили поднимать тяжести. Я в то время очень активно посещал тренажерный зал. Мне было страшно, но сильнее страха было желание продолжать тренировки. Я купил бандаж и ходил в нем в спортзал. При этом у меня было чувство неполноценности, хотя никаких физических негативных ощущений не было. Кроме диагноза врача, никаких симптомов не проявлялось. Я поверил утверждениям доктора и начал чувствовать себя человеком, у которого нефроптоз. Наложенные ограничения с учетом диагноза стали частью меня. Потом выяснилось, что диагноз ошибочный, но я очень хорошо запомнил то чувство, когда ты принимаешь свои ограничения. Когда нам ставят диагноз, обычно врач выступает из Родительского эго-состояния. Мы верим, что доктор знает больше нас, как в детстве казалось, что родители знают ответы на все вопросы. Более того, зачастую медицинские работники не снисходят до объяснений механизмов заболевания. Они ставят клеймо и говорят, что можно делать, а чего нельзя. Размышление пациента, как правило, не приветствуется. Взрослый не активируется. Страх перед диагнозом и сомнение относительно своих собственных выводов делают свое дело, и мы привычно переключаемся в эго-состояние Ребенок. Вот так, одно лишь медицинское заключение может внести ограничения в жизнь вполне здорового человека. Что уж говорить об реально существующих телесных недостатках. Доктор сказал в морг, значит в морг! Эйми врачи еще в детстве вынесли приговор: девочка никогда не сможет ходить. Но она позволила себе усомниться в этом. Ее Взрослый нашел выход в разрез со сложившимися стереотипами. Эйми не только пошла, она еще и побежала. Эйми Маллинз доверяет своему Взрослому эго-состоянию и учит других «включать» своего Взрослого, продвигая идеологию нетрадиционного мышления.

Aimee Mullins2

Внутренний Заботливый Родитель (ЗР) позволил ей принять и любить себя такой, какая есть, со всеми недостатками. ЗР дал возможность полюбить свои искусственные ноги, свое тело. Это яркий пример, когда человек принимает себя. Именно не смиряется со своими проблемами, а принимает свой жизненный путь и изменяет его для себя до неузнаваемости. Эйми даже говорит о своих преимуществах перед людьми с естественными ногами, например, иметь возможность менять свой рост по желанию! Так же она вполне может ходить зимой в легких туфлях и не рискует простудиться!

Ролики, ласты, лыжи, коньки и т.п. – все это тоже способ придать человеческому телу новые возможности, которых у него нет при рождении. В создании спортивной экипировки просматривается потребность расширить возможности тела. Дайверы получают дополнительные «кожу», «плавники», «жабры» и «глаза». В пауэрлифтинге используются жимовые майки и комбинезоны для поднятия еще бóльших весов. Роликовые коньки позволяют скользить по шершавой поверхности и вообще вырабатывают новые двигательные навыки, несвойственные телу без них. Лыжи увеличивают площадь опоры и уменьшают давление на снег. Парашют и дельтаплан дают возможность «отрастить крылья». Можно заметить, что джоли джамперы очень напоминают протезы для бега типа «Гепард». Принцип действия у них схожий. Стремление к новым возможностям касается не только спорта. С древних времен, с изобретения палки-копалки и каменного топора, человек создает усовершенствования для своего тела. Все инструменты, которыми мы пользуемся благодаря цивилизации от лопаты до орбитального телескопа – все это протезы, расширяющие возможности человеческого тела. В любой сфере деятельности уже не обойтись без дополнительных устройств и приспособлений. Можно сказать, что все люди пользуются теми или иными «протезами» в повседневной жизни, разница только в их предназначении.

Aimee Mullins6

ф

Выступление Эйми Майлинз

Однажды в музее я беседовала с группой детей 6-8 лет — почти 300 человек. Я принесла с собой полную сумку протезов, вроде тех, что сейчас на сцене, и разложила их на столе, чтобы показать ребятам. По опыту я знаю, что дети от природы любопытны, тянутся ко всему, чего они не знают, не понимают, или считают странным. Взрослые учат детей опасаться всего необычного, порой ограничивая детское природное любопытство, или даже нарочно сдерживая поток вопросов, чтобы их отпрыски производили впечатление воспитанных детишек. Я живо представила себе учительницу начальной школы в вестибюле, инструктирующую учеников: «Что бы вы ни делали, не вздумайте пялиться на ее ноги!»

Aimee Mullins10

Мне, конечно, хотелось достичь в точности противоположного; я затем и пришла — пригласить детей порассматривать и поизучать. Я попросила взрослых на пару минут впустить детей одних, без сопровождения. Двери открылись, дети налетели на стол с протезами, начали их дергать, ковырять, шевелить искуственными пальцами, нагружать беговые протезы своим весом, чтобы посмотреть, что будет. Я сказала: «Ребята, помогите мне: сегодня с утра я решила перепрыгнуть дом. Не очень большой — всего два или три этажа. Придумайте какое-нибудь животное, или супергероя, или мультяшку — совершенно любого персонажа — чьи ноги помогли бы мне перепрыгнуть дом».

И сразу же я услышала: «Ноги кенгуру!» «Нет, нет, надо лягушачьи лапы!» «Нет, суперпружины Мистера Гаджета!» «Лучше чьи-нибудь из Суперсемейки!» И прочее — о чем я ни разу не слышала. Вдруг один восьмилетний ребенок говорит: «Слушай, а ты не хотела бы еще научиться летать?» И вся комната восхищенно выдохнула: «Точняк!» (Смех в зале) Так, из женщины, которую этих детей приучили называть инвалидом, я превратилась в человека со сверхспособностями. Они увидели во мне пока не раскрытый ими потенциал. Интересно.

Aimee Mullins5

11 лет назад некоторые из вас видели меня на TED. Много было сказано про то, как наша конференция меняет жизнь зрителей и выступающих, и я — не исключение. TED стал стартовой площадкой в следующее десятилетие моей жизни. Я показала искуственные ноги, на тот момент считавшиеся последним словом в области протезирования. Это были беговые ноги из углеродной ткани, разработанные по образцу лап гепарда — вчера на них можно было посмотреть на сцене. Вы могли видеть и эти протезы, они очень похожи на настоящие ноги.

Итак, у меня появилась возможность пригласить тех, кто не занимается непосредственно разработкой протезов, приложить свой талант к искусству разработки протезов. Больше не разделять функцию, форму и эстетику, не присваивать им разную значимость. К счастью, многие откликнулись на мое приглашение. Интересно, что я пошла по этому пути вместе с участником TED по имени Чи Перлман; я надеюсь, что и сегодня она тоже здесь. Она была редактором журнала ID и вот она сделала меня темой номера.

Aimee Mullins4

Это стало точкой отсчета невероятного путешествия, многих удивительных знакомств. Люди приглашали меня рассказывать об искуственных ногах для бегунов. После конференции зрители подходили ко мне — как мужчины, так и женщины и говорили мне: «Эми, ты знаешь, ты очень привлекательна. Ты ни капли не похожа на инвалида!» (Смех в зале) Я тогда думала: «Ну, это замечательно, ведь я и не чувствую себя инвалидом.» Тогда я поняла, что красота обсуждаема, что о красоте можно подискутировать. Какую женщину мы называем красивой? Как должно выглядеть сексуальное тело? И если говорить об определениях — что значит быть инвалидом? В теле Памелы Андерсон гораздо больше силикона, чем у меня, но никто не называет ее инвалидом. (Смех в зале)

Aimee Mullins11

Так вот, тот самый журнал через дизайнера Питера Савил попал к модельеру Александру Маккуину и фотографу Нику Найту. Они задались теми же вопросами о красоте, что и я, и три месяца спустя я уже летела в Лондон на самолете на свою первую фотосессию для журнала мод. Одна из фотографий попала на эту обложку. А спустя еще три месяца я стала моделью на шоу Александра Маккуина. На показ я надела резные деревянные ноги из ясеня, и никто даже не догадался — все решили, что это деревянные сапоги. Вот они, на сцене. Виноградная лоза, магнолии. Удивительная вещь. Во всем нужна поэзия. Поэзия переносит самый банальный предмет в сферу искусства. Поэзия преобразовывает незнакомую и пугающую вещь в нечто, что можно оглядеть, потом еще раз оглядеть, а потом, возможно, понять и принять.

Моя следующая авантюра подтвердила это. Художник Мэтью Барни и его фильм «Кремастер». Я неожиданно поняла, что мои ноги могут быть скульптурой. Я постепенно перестала воспринимать форму человеческих ног как единственную эстетическую норму. Мы создали то, что люди назвали стеклянными ногами хотя они были сделаны из полиуретана, материала, из которого делаются шары для боулинга. Тяжелые! Потом мы изготовили ноги, покрытые почвой с прорастающими изнутри картофелем и свеклой и симпатичной табличкой-указателем. Вот тут хорошая фотография. Другой созданный нами персонаж: наполовину женщина, наполовину — гепард. Дань уважения мне как спортсмену. 14 часов макияжа превратили меня в существо с лапами, когтями и хвостом. Он крутился, как у ящерки. (Смех в зале) Потом мы сделали еще одну пару ног — они выглядели как щупальца медузы и тоже были сделаны из полиуретана. Единственная цель, которой могли бы служить эти ноги за пределами фильма — пробуждать чувства и воображение. Во всем важна фантазия.

Aimee Mullins9

Сейчас у меня 12 пар протезов, изготовленных для меня разными людьми. Каждая пара меняет мои взаимоотношения с поверхностью, по которой я иду. А еще я могу менять свой рост — выбираю из пяти различных вариантов. (Смех в зале) Сегодня мой рост — метр восемьдесят пять. Эту пару протезов мне сделали чуть больше года назад в ортопедическом центре Дорсет в Англии. Я привезла их домой, на Манхэттен и сразу же отправилась на модную вечеринку. Там была девушка, моя хорошая знакомая. Она привыкла к моему природному росту метр семьдесят два. Когда она меня увидела, у нее отвисла челюсть: «Ты такая высокая!» Я ответила: «Забавно, правда?» Это почти то же самое, что носить ходули на ходулях! Кроме того, у меня появились личные отношения с дверными косяками — очень неожиданный эффект. Ну и мне было весело! Она посмотрела на меня и сказала: «Эми, это же нечестно!» (Смех в зале) (Аплодисменты) Интересно, что она на самом деле так думала! Нечестно иметь возможность менять свой рост по своей прихоти!

Тогда я осознала, что тон диалога инвалида и общества очень сильно изменился за последние десять лет. Мы больше не говорим об исправлении неполноценности, но скорее о развитии, о потенциале. Искуственная конечность больше не утрата, она — знак того, что ее владелец способен заполнить образовавшуюся пустоту чем ему вздумается. Люди, признанные обществом калеками становятся творцами самих себя, могут менять свою внешность как им захочется, пересоздавая свое тело в незаполненном пространстве. Мне очень нравится, что что объединяя суперсовременные технологии: робототехнику, бионику, с поэзией, мы лучше понимаем феномен человечности. Мне кажется, что если мы хотим раскрыть потенциал человеческой природы, мы должны радоваться своим невероятным возможностям, и своим удивительным недостаткам. Я вспоминаю шекспировского Шейлока: «Уколите нас — и разве не потечет кровь? Пощекочите — разве мы не засмеемся?» Наша человечность, весь ее потенциал, делают нас прекрасными. Спасибо. (Аплодисменты)

другие статьи по теме «Сценарий Победителя»

Запись опубликована в рубрике Сценарий с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code