Формирование и функционирование Взрослого

В возрасте около 10 месяцев жизнь ребенка начинает резко меняться. До этого времени его жизнь состояла главным образом из беспомощных и неосознанных реакций на собственные потребности и стимулы окружающей среды. Теперь у него появились Родитель и Ребёнок. Но он еще не приобрел способности ни выбирать свою реакцию, ни управлять своим окружением. Он еще не может ни управлять собой, ни сделать шаг навстречу миру. Он просто воспринимает все, с чем сталкивается.

Однако к 10 месяцам он начинает ощущать преимущества передвижения в пространстве. Он может манипулировать предметами и начинает двигаться, освобождая себя из тюрьмы неподвижности. Известно, что ранее, в возрасте восьми месяцев младенец часто кричал и требовал помощи, чтобы сменить неудобное положение, ибо был неспособен сделать это сам. В 10 месяцев он сосредоточивает внимание на обследовании игрушек. Согласно наблюдениям А.Гезелла и Ф.Илга, десятимесячный ребенок с удовольствием играет с чашкой и делает вид, что пьет. Он тянет в рот предметы и жует их. Ему приятна общая двигательная активность: сидя и играя, он наклоняется вперед и снова самостоятельно выпрямляется. Он тянется к игрушкам, отбрасывает их, переходит от сидения к ползанию, подтягивается и может упасть. Он начинает путешествовать. Социальная активность, доставляющая ему удовольствие,— игра с причмокиванием губами, в прятки («ку-ку»), хождение на четвереньках, т.е. упираясь руками в пол, или раскачивание на игрушке-качалке. Девочки проявляют первые признаки скромности, наклоняя голову в сторону, когда они улыбаются.

схема харрис1

Рис.4. Постепенное становление Взрослого, начиная с 10 мес.

 Десятимесячный ребенок открывает, что он способен что-то делать по собственному намерению и замыслу. Такая самоактуализация закладывает основы Взрослого (рис.4).

 Информация Взрослого накапливается в результате осознания ребенком того, что реальная жизнь кое-чем отличается и от «преподанной концепции» Родителя, и от «прочувствованной концепции» Дитя. Взрослый формирует «продуманную концепцию» жизни на основе сбора и анализа информации.

 Подвижность, которая дает рождение Взрослому, становится надежной поддержкой позднее, когда личность попадает в беду. Человек идет прогуляться, чтобы «прочистить свои мозги». Прогулки пешком, по-видимому, снижают тревогу. Имеется запись, что движение действует благотворно, помогает отвлечься и более четко понять, в чем состоит личная проблема. Взрослый в первые годы жизни еще слаб и незрел. Его легко «вывести из строя» приказами Родителя или страхами Дитя. Мать говорит о хрустальном бокале: «Нельзя, не трогай это!» Ребенок может отойти и заплакать, но при первой же возможности он дотронется до него, чтобы посмотреть, что из этого получится. В большинстве случаев Взрослый, несмотря на все препятствия на его пути, продолжает существовать и функционирует все более и более эффективно по мере того, как идет процесс созревания.

Взрослый в принципе занимается преобразованием стимулов в единицы информации, обработкой и систематизацией этой информации на основе прежнего опыта. Он отличается от Родителя, который по природе своей подражателен и стремится к соблюдению заимствованных норм, а также от Дитя, которое склонно реагировать более резко на базе дологического мышления и плохо дифференцированных или искаженных восприятий. Благодаря Взрослому, маленький человек начинает различать жизнь, преподанную и демонстрируемую ему (Родителем), жизнь, какой он ее переживает, желает и воображает (Дитя) и жизнь, постигаемую им самим (Взрослый).

схема харрис2

Рис. 5. Взрослый получает информацию из трех источников

 Взрослый является как бы компьютером, который выдает решения после обработки информации, полученной из трех источников: Родителя, Дитя, а также той информации, которую накопил и накапливает сам Взрослый (рис.5). Одна из наиболее важных функций Взрослого состоит в изучении данных Родителя, в оценке их правильности и пригодности к настоящему времени и затем в принятии или отвержении их; в оценке данных Дитя — соответствуют ли они настоящему или же устарели, поскольку являются реакцией на устаревшие данные Родителя. Цель состоит не в том, чтобы отказаться от Родителя и Ребёнка, а в том, чтобы свободно изучать данные этих компонентов. Взрослый, говоря словами Эмерсона, «не должен быть связан именем добродетели, а должен исследовать, добродетель ли это», или порок, если ранее принято решение — «у меня не все в порядке».

Взрослый, проверяющий данные Родителя, может появиться в раннем возрасте. Больше защищен тот ребенок, который выясняет, что большая часть данных Родителя верна: «Они говорили мне правду!» «Действительно, машины на улице опасны!» — заключает маленький мальчик, увидев, как любимого пса сбила машина. «Действительно, все идет лучше, если я делюсь своими игрушками с Бобби», думает малыш, награжденный чем-нибудь из сокровищ Бобби. «И правда, лучше себя чувствуешь, когда трусы сухие», — заключает маленькая девочка, научившаяся самостоятельно ходить в туалетную комнату. Если родительские директивы основаны на реальности, ребенок с помощью своего Взрослого осознает свою целостность. То, что он проверяет, подтверждается при проверке. Сведения, которые он собирает в экспериментах и проверках, начинают составлять некие «константы», которым он может доверять. Его открытия подтверждаются тем, чему его учили.

Важно подчеркнуть, что проверка данных Родителя не стирает записей неблагополучия, которые зафиксировало Дитя. Мать убеждена, что единственный способ удержать трехлетнего Джонни вдали от улицы — это отшлепать его. Он не понимает опасности. Его реакция включает страх, гнев и недовольство, и ни малейшего понимания того факта, что мать любит его и оберегает его жизнь. Регистрируются, записываются лишь страх, гнев и фрустрация. Эти чувства не стираются более поздним осмыслением ее правоты, пониманием того, почему в детстве было зарегистрировано столь много записей неблагополучия, однако таким образом можно освободиться от продолжающихся повторных проигрываний в настоящее время. Мы не можем стереть запись, но в нашей власти ее не включать.

Тем же образом, каким Взрослый пересматривает данные Родителя, чтобы определить, что там правильно, а что нет, он приводит в порядок сведения Дитя, чтобы установить, какие чувства допустимо выражать. В нашем обществе считается вполне допустимым для женщины плакать на свадьбе, но недопустимо кричать на мужа во время приема гостей. И плач, и крик являются эмоциями Дитя. Взрослый регулирует выражение эмоции соответственно случаю. Функции Взрослого состоят в пересмотре информации Родителя и Дитя. Взрослый имеет отношение к тем данным, которые сверены с реальностью. (Для меня было очевидным, что космические путешествия — плод фантазии, теперь я знаю, что это — реальность.)

Другая функция Взрослого состоит в вероятностной оценке. Эта функция медленно развивается в ребенке и, по-видимому, большинство из нас так и не усваивает ее на протяжении жизни. Маленькая личность постоянно сталкивается с неприятными альтернативами (или ты съешь свой шпинат, или останешься без мороженого), мало побуждающими к изучению вероятностей. Нерассмотренные вероятности могут быть причиной неудач наших транзакций, и неожиданные сигналы опасности могут привести к большему ослаблению Взрослого, чем ожидаемые опасности. Это напоминает аппарат, печатающий биржевые новости, который может работать еще много часов после окончания самых активных торговых дней. Мы иногда относимся к этой задержке как к «отставанию компьютера», для исправления которого имеется старый знакомый метод «счета по пальцам».

Способность к вероятностной оценке можно увеличить сознательным усилием. Подобно мускулам тела, Взрослый растет и увеличивает свою эффективность посредством тренировки и функционирования. Если благодаря вероятностной оценке Взрослый проявляет бдительность относительно возможной беды, он также может разработать решение, чтобы встретить беду, если она придет.

Однако при достаточно сильном стрессе Взрослый может быть ослаблен настолько, что верх берут несоответствующие случаю эмоции. Связи между Взрослым, Родителем и Дитя хрупки, иногда едва различимы и уязвимы для тех поступающих сигналов, которые имеют тенденцию воссоздавать ситуации, пережитые нами в дни беспомощности и зависимости в детстве. Взрослый иногда так переполнен и подавлен сигналами «плохих новостей», что он опускается в транзакциях до роли наблюдателя. Человек в такой ситуации может сказать: «Я знал, что поступил неправильно, но ничего не мог поделать с собой.»

Нереалистические, иррациональные, не свойственные Взрослому реакции характерны для состояния, определяемого как травматический невроз. Опасность или «плохие новости» бьют по Родителю и Дитя, но одновременно попадают и по Взрослому. Дитя реагирует своим изначальным способом, чувством неблагополучия. Это может привести к различным проявлениям феномена агрессии. Личность снова может почувствовать себя крошечным, беспомощным, зависимым ребенком. Наиболее примитивным из этих феноменов является блокирование мышления. Это можно наблюдать, например, в психиатрических больницах с режимом запертых дверей. Когда за пациентом закрывается дверь, происходит его быстрая и выраженная деградация, вот почему я против лечения пациентов в условиях, где придают особое значение родительской заботе. Обслуживание беспомощного Дитя в индивидууме задерживает восстановительный процесс возвращения Взрослого к исполнению своих функций.

Идеальная больница будет представлять собой комфортабельный мотель с «игровой площадкой» для Дитя около здания клиники, которое предназначено для занятий, намеченных для восстановления Взрослого. Обслуживающий персонал не должен носить униформы и выступать для пациентов заботливыми родителями. Наоборот, специалисты в повседневной одежде должны направлять все свои знания и умения на то, чтобы помочь каждой личности идентифицировать своего Родителя, Взрослого и Дитя.

В наших психотерапевтических группах мы используем особые разговорные обороты типа: «Почему бы вам не остаться в своем Взрослом?» в тех случаях, когда у того или иного члена группы чувства берут верх. Или по-другому: «А какова была изначальная транзакция?» Этим вопросом мы как бы «включаем Взрослого», чтобы он проанализировал сходство между нынешним вызывающим огорчение сигналом и той изначальной транзакцией, которая вызвала огорчение у маленького ребенка.

Непрерывная работа Взрослого состоит, таким образом, в проверке старой информации, ее пригодности или непригодности, и вторичного ввода ее для будущего использования. Если эта работа идет гладко и налицо отсутствие конфликта между преподанным и реальным, то компьютер освобождается для новой важной работы, творчества. Творчество, подобно Взрослому, рождается из любознательности Дитя. Из Дитя исходит «хочу», а из Взрослого — «как, каким образом». Существенным условием творчества является свободное компьютерное время. Если компьютер завален старыми делами, для нового дела остается мало времени. Многие директивы Родителя, однажды проверенные, становятся автоматическими и, таким образом, освобождают компьютер для творчества. Многие наши решения в ежедневных транзакциях осуществляются автоматически. Например, при виде стрелки с указанием на одностороннее движение мы автоматически удерживаемся от езды в противоположную сторону. Мы не вовлекаем свой компьютер в длительный процесс обработки данных относительно проектирования автомагистралей, статистики дорожных происшествий и особенностей составления дорожных знаков. Если бы мы стали детально обдумывать каждое решение или действовать, совсем исключив данные, полученные от наших родителей, наш компьютер редко бы находил время для творческого процесса.

Некоторые утверждают, что недисциплинированный ребенок, свободный от ограничений, обладает большей способностью к творчеству, чем тот ребенок, которого родители ставят в рамки. Я не верю в это. Ребенок имеет больше времени на то, чтобы творить, — исследовать, изобретать, разбирать на части и собирать их воедино — если он не тратит время на принятие ненужных решений, для которых у него нет адекватных данных. Маленькому мальчику остается больше времени, чтобы слепить снеговика, если мать не позволяла ему вступать в длительные споры: надевать или не надевать галоши. Если ребенку позволяют проявлять творчество в разрисовывании обувным кремом стен прихожей, он не готов к болезненным последствиям этого же действия в соседнем доме. Неприятные результаты не производят чувства благополучия. Имеются также другие последствия, которые отнимают время, такие, как лечение в больнице после столкновения по методу проб и ошибок с автомобилем на улице. Компьютерного времени довольно много, но конфликты его безжалостно пожирают. Наиболее дорогостоящий в плане времени конфликт возникает, когда выдаваемое родителями за правильное не кажется правильным Взрослому. Наиболее творческая индивидуальность — та, которая открывает, что большая часть содержимого Родителя соответствует действительности. Тогда человек может всю эту правильную информацию целиком передать Взрослому, доверять ей, забыть о ней и приступить к другим вещам, таким, как изготовление бумажного змея, постройка песчаного дворца или занятия дифференциальным исчислением.

Однако многие в юные годы расточают время на конфликты между данными Родителя и тем, что они видят в действительности. Их наибольшая беда в том, что они не понимают, почему Родитель имеет над ними такую большую власть. Когда истина стучится в дверь Родителя, тот говорит: «Входи, давай рассудим вместе». Маленький ребенок, отец которого сидит в тюрьме, а мать занимается воровством, может иметь громкую запись в своем Родителе: «Никогда не доверяй полисмену!» Но вот он встречает доброжелательного полицейского. Его Взрослый подсчитывает все сведения об этом славном малом, как он разрешает поиграть в мяч на песчаной площадке, как он управляется с хулиганами, как он приветлив и как он спокойно разговаривает. Малыш оказывается в ситуации конфликта. То, что он видит в реальности, отличается от того, чему его учили. Родитель говорит ему одно, а Взрослый другое. В период своей действительной зависимости от родителей, охраняющих его, как бы слаба эта защита ни была, по-видимому, он примет суждение своих родителей о полисменах, как о плохих людях. Таким образом передается предубеждение. Для маленького ребенка, возможно, безопаснее поверить в ложь, чем поверить своим собственным глазам и ушам. В непрерывном внутреннем диалоге Родитель настолько довлеет над Дитя, что Взрослый отступает и отказывается вмешаться в конфликт. Таким образом, тезис «Полицейские — плохие» принимается за истину. Этот механизм, называется контаминацией.

Взрослый способен выбирать, каким образом реагировать, чтобы не нанести ущерба ни взаимоотношениям, ни участвующим в них личностям. Это порой требует очень быстрой интуитивной обработки информации.

 из книги Томаса Харриса «Я – ОК, ТЫ – ОК.»

другие статьи по теме «Развитие Взрослого»

Запись опубликована в рубрике Взрослый. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code