Что такое психотерапия в свете нейробиологии

neuroscience1

Исследования нейробиологии последних лет показывают, что воспоминания — это не только извлечение памяти, это активная реконструкция версий того, что было, но также и перезапись новой версии, которая может подавлять или угашать предыдущую. Процесс, который получил название «реконсолидация памяти». Эти данные подтверждают открытия психологов 19-20 веков.

Немецкий психолог Эббингауз обнаружил, что память в момент запоминания, проходит две фазы. Первая – это короткая фаза в течение первых минут после получения новой информации, где мы способны хранить почти всю полученную информацию. Затем происходит резкое уменьшение объема заполненной информацией, но оставшаяся после этого периода информация хранится очень долго. Она способна хранится на неизменном уровне в течение длительного времени.

Два других немецких психолога Мюллер и Пильцекер задались вопросом, а что происходит на границе этого перехода от одной фазы памяти к другой? Активный ли это процесс? И они показали, что, если в момент запоминания и перехода от кратковременной в долговременную память человеку дается новая задача, которую он должен запомнить, то эта новая задача мешает запоминанию старой информации, интерферирует с ним. Они назвали это ретроградной интерференцией, влиянием новой информации на процесс, который происходит в мозге.

Если вы вспомните что-то старое и в этот момент будет интерференция с процессом запоминания новой информации, — то это шанс забыть это старое.

Исходя из этого, они решили, что в мозге, когда происходит запоминание, идет очень активный процесс, и он требует максимального количества ресурсов. Если мозгу дать в это время другую задачу, то вторая задача перекрывает первую, и не дает памяти сформироваться. Очень интересно, что, если эти вторую задачу давать чуть позже, через 15-20 минут, то этого не происходит. Из этого они сделали важный вывод, что память переходит в мозге в этом переходном этапе в устойчивую фазу хранения. Этот активный процесс перехода информации в долговременную память называется консолидацией памяти.

Неврологи подтвердили это своими наблюдениями, что в случаях нарушений, связанных, например, с контузиями, с сотрясениями мозга, память теряется на короткое время, предшествовавшее этому сотрясению, что опять говорит о том, что воздействие на активный процесс не дает запомниться недавней информации. Такие же вещи происходят и при судорожных припадках.

Выдающийся английский психолог Фредерик Бартлетт, работавший в Кембридже в начале 20-го века, делал опыты по изучению процессов воспоминания. Он, например, показывал своим испытуемым разные картинки и просил их через интервалы времени, недели, например, нарисовать то, что они помнили в прошлый раз, и аккумулировал такие картинки, одну, вторую, третью, четвертую… или давал сложную историю, которая была трудно интерпретируемая, и просил ее пересказывать с интервалом в неделю.

Оказалось, что в результате таких перерисовок или рассказов, история или изображение в голове испытуемого с каждым следующим извлечением может радикально трансформироваться, заменяя предыдущее. Испытуемый совершенно уверен, что история, которую он рассказывает или картинка, которую он рисует, и была та история или то изображение, которые он видел в первый раз. Бартлетт пишет, что воспоминание не является повторным возбуждением неисчислимых фиксированных фрагментов следов, оно всегда творческое воссоздание или конструирование, складывающееся из нашего отношения ко всей активной массе реакции и опыта прошлого.

Фрейд писал своему другу Флису в одном из писем: «Как ты знаешь, я сейчас работаю над новой теорией памяти, согласно которой, память – это не что-то раз данное и навеки закрепленное, а меняющееся при каждом извлечении. Процесс, который я называю ретранскрипцией памяти».

Фрейд, во многом опираясь на интуицию, предвосхитил исследования нейробиологов конца 20-го века. И, благодаря своей проницательности, используя данные постулаты, создал школу психотерапии.

Личность человека представлена его субъективным жизненным опытом, зафиксированным в памяти. «Субъективный» здесь ключевое слово, потому что важно именно то, как человек воспринял каждую конкретную ситуацию. Для психотерапии интересны разделы памяти, в которых сохраняются воспоминания о событиях жизни и связанных с ними аффектах. В фокусе терапии труднопереносимые эмоциональные воспоминания, так называемые психологические травмы. Человек прикладывает большие усилия, чтобы не пережить снова этот эмоциональный опыт. В связи с этим, он избегает любых событий, которые могут напоминать и оживлять болезненный процесс. Из-за этого некоторые сферы жизни и социальной деятельности могут оказаться под запретом, вследствие страха снова испытать боль.

Психотерапия, благодаря эффекту реконсолидации, позволяет перезаписать в памяти болезненные события в переносимом виде, разгрузив их от сильных негативных эмоций и устранив конфликт между разными частями опыта.

В этой связи коррелирует с данными постулатами понятие нарратива в психологии. В нарративном направлении терапия рассматривается как создание единой и непрерывной личной истории из разрозненных кусков субъективного жизненного опыта, по сути реинтеграция и упорядочивание памяти. История восприятия собственного Я в контексте событий жизни извлекается и переписывается, заполняя разрывы и нестыковки автобиографической памяти. При этом удовлетворяется базовая потребность придавать завершенность и последовательность своим переживаниям.

В трансактном анализе метод, напрямую основанный на реконсолидации памяти, получил применение в «психотерапии нового решения» Гулдингов. Они вызывали старые негативные воспоминания через регрессивные техники и в поддерживающей обстановке человек принимал новое позитивное решение в эмоциональных событиях прошлого. Таким образом, приобретается позитивный новый опыт, который заменяет прежний негативный в памяти.

В настоящее время данный метод входит в арсенал трансактного анализа, как «стадия перерешения» в терапии. Этот новый опыт, естественно, должен быть не разовым, но иметь постоянное подкрепление в соответствии с новой стратегией жизни вне негативного сценария. Это не просто единичное проигрование психодраматической сцены в регрессии с терапевтом, очень важно постепенно нарабатывать новый позитивный опыт в социальной жизни в соответствии с принятым решением, и, постепенно, старые паттерны поведения будут заменены новыми в памяти.

Трансактный анализ подтверждает релевантность своих методов с последними научными исследованиями в нейропсихологии. Интуитивный способ постижения мира зачастую предвосхищает объективные научные эксперименты. Вообще, я считаю, что корреляция данных из разных направлений науки говорит об их достоверности.

Стоит задуматься о будущем психотерапии. Благодаря научным исследованиям мозга и интуитивным изысканиям великих мыслителей открываются новые горизонты теории и практики.

Например, я не встречал техник, связанных с эффектом ретроградной интерференции памяти ни в трансактном анализе, ни в других направлениях психотерапии. На мой взгляд, это поле для творческого поиска современных психологов.

Известный нейробиолог Константин Владимирович Анохин в своей лекции(1) говорит о возможности ускорить и усилить психотерапевтическое воздействие благодаря связи биологии и психологии. Цитирую:

«…И поэтому у нас сразу пришла в голову мысль, что мы можем упростить эту процедуру (психотерапию), помочь ей, потому что, если речь идет о каких-то травматических воспоминаниях с известным происхождением, то мы можем заменить эту сложную двухэтапную процедуру простым приемом – мы можем извлекать травмирующую память, напоминая о ней разными мультимедийными свойствами, мультимедийными средствами, виртуальной реальностью и так далее, на фоне препаратов, которые мешают запомниться памяти.

А такие препараты, кстати, у человека известны, и они достаточно безобидны. Это — блокаторы адренарецепторов, которые используются для регуляции артериального давления, или препараты, действующие на гормональные процессы, они ослабляют процессы запоминания. Просто никогда не было понятно, как их, зачем их можно использовать, хотя эти свойства были изучены давно на животных. Мы предложили такую процедуру еще в 95-96-ом году. У нас никто ею в стране не занимался.

Но с конца 90-х годов такими исследованиями стали заниматься активно очень американские психологи. Очень интересно, там, значит, был синтез нейробиологов и нейрофизиологов в памяти и психоаналитиков, психотерапевтов, и они, например, имитировали ситуации «Бури в пустыни» с разными аудиовизуальными свойствами для ветеранов, имеющих постстрессорные травматические симптомы, и пробовали нарушать вот эту сформировавшуюся устойчивую патологическую память, просто напоминая на фоне этих препаратов. Это действует. И сейчас большое количество исследований ведется в мире и в Европе, и в США, и я думаю, что и у нас скоро будут, которые используют этот прием. Он перспективен.»

Литература:

  1. Анохин К.В. лекция «Мозг и Разум» Часть1 Часть2
  2. Гулдинги «Психотерапия нового решения».
  3. Шустов Д.И. «Руководство по клиническому трансактному анализу».
  4. Тоси Мария-Тереза «Прожитый и повествовательный сценарий: непрерывная повествовательная конструкция».
Запись опубликована в рубрике Психотерапия с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code